«Формулировка законодателем добросовестности в виде запрета злоупотребления правом позволяет квалифицировать данную категорию в качестве принципа регулирования гражданско-правовых отношений, что предполагает поиск законодателем идеальных моделей гражданского права», — отмечает автор публикации.
«Вопросы о доброй совести в качестве моральной основы и основного начала гражданских правоотношений, недопустимости недобросовестного поведения в качестве фундаментального принципа гражданского права сохраняют свою особую актуальность и дискуссионность на протяжении многих лет», — подчеркивает Ольга Гомозова.
«Оценка добросовестности поведения субъекта правоотношений является субъективным процессом, основанным на нравственных представлениях о добре и зле, совести, справедливости и об иных моральных основах, исторически закладываемых в фундамент построения положений законодательства», — замечает автор.
«В отношении определения добросовестности как субъективной категории, так же как определения доброй совести в объективном смысле, цивилисты не могут достичь согласия», — уточняет автор.
«Принцип недопустимости недобросовестного поведения, вытекающий из положений гражданского законодательства, имеет и нравственный характер в аспекте процессуального права, позволяя судам проявлять наибольшую гибкость при рассмотрении споров. В свою очередь, стороны процесса управомочены отстаивать свою позицию с учетом реального положения дел, даже в том случае, если сторона, злоупотребляющая правом, старается логически и юридически обосновать свои действия», — утверждает Ольга Гомозова.